The functional state of the hypothalamic region in patients with atherosclerosis
- Authors: Kogurova M.I.1, Vorobyova E.S.1
-
Affiliations:
- The first department of therapy and the department of nervous diseases of the Kazan State Pedagogical University named after V.I. Lenin
- Issue: Vol 45, No 5 (1964)
- Pages: 59-61
- Section: Articles
- Submitted: 23.12.2020
- Accepted: 23.12.2020
- Published: 13.09.1964
- URL: https://kazanmedjournal.ru/kazanmedj/article/view/56602
- DOI: https://doi.org/10.17816/kazmj56602
- ID: 56602
Cite item
Full Text
Abstract
"Internal factors" in the pathogenesis of atherosclerosis are attracting more and more attention at the present time. Extensive epidemiological studies that have revealed a variety of causes and conditions that contribute to the development of atherosclerosis, however, have shown that the nature of this suffering cannot be reduced only to the nature of nutrition. Experiments with the creation of a model of atherosclerosis in animals and the study of atherosclerosis in humans have cast doubts on the classical theory of the pathogenesis of this disease and required its correction and reevaluation. It turned out that in order to obtain atherosclerosis in a number of laboratory animals, in addition to oral administration of cholesterol, a number of additional conditions are required. In dogs, suppression of thyroid function is necessary (Sfeiner - 1949). In rats, atherosclerosis can be obtained if a decrease in thyroid function is combined with alimentary cholesterolemia and vitamin deficiency (Wilgrow - 1955). Thus, to obtain atherosclerosis in the experiment, it is not enough just an excess of cholesterol. We do not touch here on the question of under what conditions it is possible to compare experimental atherosclerosis and atherosclerosis in humans, we consider it necessary only to emphasize that in the development of atherosclerosis in humans, in addition to external "epidemiological" causes, "internal" characteristics of the organism play a large role (H. N. Anichkov, A. L. Myasnikov and others). LM Rakhlin also believes that "in the broad sense of this word, internal factors can be taken as the level of homeostatic function, the ability to maintain the constancy of the organism's environment in the conditions of its existence." From these positions in the pathogenesis of atherosclerosis, much attention is paid to the role of the nervous and endocrine systems. BS Maksudov, repeating classical experiments with "cholesterol" atherosclerosis in a rabbit, discovered a gradual increase in the thyroid stimulating hormone of the pituitary gland in the blood. LA Lushnikova, examining thyrotropin in the blood of patients with coronary atherosclerosis, noted its increase in a number of patients. Interestingly, this increase in thyrotropin secretion by the anterior pituitary gland cannot be associated with a change in thyroid function. This peculiar reaction of the adenohypophysis is regarded (LM Rakhlin and others) as regulatory, indicating the participation of the hypothalamic-pituitary system. This system, as a specific cerebral link, is a stage in the unification of neuro-humoral regulation. Therefore, the neuro-humoral changes discovered in the clinic, as well as in animals with experimental atherosclerosis, were, as it were, an illustration of the importance of disorders in the hypothalamic region in a complex chain of pathogenetic factors in this pathology. However, we did not find in the literature attempts to study the functional state of the hypothalamic region and the overall characteristics of this important part of the brain in atherosclerosis. It is quite natural that with the help of those research methods that are proposed for the functional characteristics of the hypothalamic region, with atherosclerosis, one does not have to wait for deviations similar to those described in the clinic of diencephalitis and diencephaloses. We believe, however, that even small deviations, the so-called "normal limits", can be very indicative of those changes in the function of the interstitial pituitary system, which occur in atherosclerosis.
Full Text
«Внутренние факторы» в патогенезе атеросклероза привлекают к себе в настоящее время все большее и большее внимание. Обширные эпидемиологические исследования, выявившие разнообразие причин и условий, способствующих развитию атеросклероза, вместе с тем показали, что природу этого страдания нельзя свести только к характеру питания. Эксперименты с созданием модели атеросклероза на животных и изучение атеросклероза у человека внесли сомнения в классическую теорию патогенеза этого заболевания, потребовали ее коррекции и переоценки. Выяснилось, что для получения атеросклероза у ряда лабораторных животных, кроме перорального введения холестерина, требуется еще ряд дополнительных условий. У собак необходимо подавление функции щитовидной железы (Sfeiner— 1949). У крыс атеросклероз можно получить, если снижение функции щитовидной железы сочетать с алиментарной холестеринемией и витаминной недостаточностью (Wilgrow — 1955). Таким образом, для получения атеросклероза в эксперименте недостаточно только избытка холестерина. Мы не касаемся здесь вопроса, при каких условиях можно сопоставлять экспериментальный атеросклероз и атеросклероз у человека, считаем необходимым лишь подчеркнуть, что в развитии атеросклероза у людей, помимо внешних «эпидемиологических» причин, большую роль играют «внутренние» особенности организма (H. Н. Аничков, А. Л. Мясников и др.). Л. М. Рахлин также считает, «что в широком смысле этого слова внутренние факторы могут быть приняты как уровень гомеостатической функции, способности сохранения постоянства среды организма в условиях его существования». С этих позиций в патогенезе атеросклероза большое внимание уделяется роли нервной и эндокринной систем. Б. С. Максудов, повторяя классические опыты с «холестериновым» атеросклерозом у кролика, обнаружил постепенное нарастание тиреотропного гормона гипофиза в крови. Л. А. Лушникова, исследуя тиреотропин в крови больных с коронарным атеросклерозом, отметила его повышение у целого ряда больных. Интересно, что это усиление выделения тиреотропина передней долей гипофиза нельзя поставить в связь с изменением функции щитовидной железы. Эта своеобразная реакция аденогипофиза расценивается (Л. М. Рахлин и др.) как регуляторная, свидетельствующая об участии гипоталамо-гипофизарной системы. Эта система как определенное церебральное звено представляет собой ступень объединения нервно-гуморальной регуляции. Поэтому обнаруженные в условиях клиники, а также у животных при экспериментальном атеросклерозе нервно-гуморальные сдвиги явились как бы иллюстрацией значения нарушений гипоталамической области в сложной цепи патогенетических факторов при этой патологии. Однако мы не нашли в литературе попыток изучения функционального состояния гипоталамической области и суммарной характеристики этого важного отдела головного мозга при атеросклерозе. Совершенно естественно, что с помощью тех методов исследования, которые предлагаются для функциональной характеристики гипоталамической области, при атеросклерозе не приходится ждать отклонений, подобных описанным в клинике диэнцефалитов и диэнцефалозов. Мы считаем, однако, что даже небольшие отклонения, так называемые «границы нормы», могут быть весьма показательными для тех изменений функции межуточногипофизарной системы, которые имеют место при атеросклерозе.
С целью изучения функционального состояния гипоталамической области при ранних и выраженных формах атеросклероза нами использовались пробы, предложенные Штурмом в 1949 г. Автор рекомендовал водные пробы с гипофизином и ультракоротковолновым облучением гипоталамической области, которые, по его мнению, могут выявить диэнцефальный генез ряда заболеваний. Кроме указанных проб, мы исследовали специфически-динамическое действие белка, изучали сахарную кривую по Шлифаку и состояние кожной температуры.
Всего под наблюдением было 93 человека в возрасте от 40 до 60 лет и выше. Из них 64 имели клинически выраженные проявления атеросклероза. Диагноз атеросклероза, помимо клинических данных, подтверждался рентгенологическим исследованием, содержанием холестерина в сыворотке крови и определением скорости распространения пульсовой волны по артериям эластического типа. 38 человек страдали ангиогенным кардиосклерозом, у 27 преобладали церебральные нарушения. 12 больных, кроме проявлений атеросклероза, имели также изменения со стороны желудочно-кишечного тракта (язвенная болезнь, хронический холецистит, дискинезия желчных путей). С целью контроля исследованы 12 человек с явными гипоталамическими нарушениями и четверо здоровых.
38 больных с коронарной формой атеросклероза мы разделили на две подгруппы: 22 человека с болевым синдромом и 16 — с безболевой формой. В первой подгруппе у всех при проведении дифференцированной пробы по Фольгарду выявилась тенденция к задержке жидкости. Степень замедления диуреза была выражена различно: за 4-часовой промежуток после введения 800 мл воды у 6 выделилось мочи от 700 до 750 мл, у 5 — от 427 до 608 мл и у 3 человек мочи выделилось всего от 111 до 235 мл.
Примером может служить больной Ш., 58 лет, который находился в клинике по поводу стенозирующего атеросклероза коронарных сосудов сердца с повторными приступами стенокардии, но без каких-либо иных признаков нарушения кровообращения. За 4 часа после принятия 800 мл жидкости у него выделилось всего 152 мл мочи.
У большинства больных второй подгруппы эта проба выпала в пределах нормы, у 2 имелась полиурия Проба с гипофизином не дала отклонений от нормы как в первой, так и во второй подгруппах. Водная нагрузка с последующим коротковолновым облучением височных областей у всех больных с коронарным атеросклерозом показала отсутствие должного диуретического эффекта. За 4 часа после приема жидкости и облучения УВЧ лишь у 2 выделилось по 850 мл мочи. Нарушение специфически-динамического действия белка при коронарном атеросклерозе выступило менее отчетливо. Оно оказалось пониженным у половины больных. При этом обращает на себя внимание, что такое состояние межуточного мозга главным образом имело место у больных с безболевым кардиосклерозом. Мы не могли поставить это в связь с состоянием кровообращения. Однако разница в реакциях больных коронарным атеросклерозом со стенокардией и без нее может быть связана с функциональными факторами в духе Рааба.
Изучение кожной температуры с помощью электротермометра позволило выявить определенную закономерность. Выраженная асимметрия отмечена у всех больных с болевой формой сердечного атеросклероза. Во второй подгруппе асимметрия выявлена менее чем у половины больных.
В группе с церебральным атеросклерозом дифференцированная водная проба Фольгарда проведена у 22 человек. Лишь у 8 она выпала нормальной. Из 14 больных с отклонением в пробе Фольгарда выраженная полиурия наблюдалась у 4. После водной нагрузки в течение 4 часов у них выделилось от 1238 до 1584 мл мочи. Мы не имеем основания отрицать в этих случаях клинически скрытого нефро-склероза. 10 человек показали заметно выраженную задержку жидкости, количество мочи колебалось после водной нагрузки от 424 до 661 мл. Проба с гипофизином в этой подгруппе поставлена у 14 человек. У 12 она не дала отклонения от нормы, у 2 отмечена тенденция к полиурии. Водная нагрузка с последующим коротковолновым облучением височных областей ясно показала отсутствие диуретического эффекта.
12 человек, которые находились в стационаре по поводу заболеваний желудочно- кишечного тракта, были того же возраста, что и предыдущие больные. Провести у них исследование с помощью указанных проб нам казалось особенно интересным с точки зрения возможности выявления патологических сдвигов со стороны диэнцефальной области. Ясных клинических проявлений атеросклероза у этих больных не было. Уровень холестерина сыворотки крови был пестрым (от 161 до 250 мг%). Распространение пульсовой волны по артериям эластического типа было ускорено лишь у 2 человек. При рентгеноскопии у большинства отмечено небольшое уплотнение аорты. Из 12 больных этой группы дифференцированная водная проба Фольгарда выявила отклонение от нормы только у одного. Проба с гипофизином также дала нормальную реакцию. Водная нагрузка с коротковолновым облучением все же у половины больных показала отсутствие диуретического эффекта.
Таким образом, по результатам проведенных проб в данной группе мы не выявили столь ясных нарушений со стороны диэнцефальной системы, как это имело место у больных того же возраста, но с клинически отчетливым атеросклерозом. Создается впечатление, что наиболее «чувствительным» испытанием функционального состояния диэнцефалона является проба с водной нагрузкой и коротковолновым облучением.
Контрольная группа, как уже упоминалось, состояла из 12 человек с диэнцефальными нарушениями. Все они были значительно моложе больных с атеросклерозом. Только одному было 50 лет, возраст остальных колебался от 22 до 44 лет. Проведенная водная проба Фольгарда выпала нормально у 2 человек, тогда как выраженная олигурия отмечена у 10. Все больные этой группы после инъекции гипофизина показали задержку жидкости. Коротковолновое облучение височных областей с водной нагрузкой ни у кого из них не привело к должному диуретическому эффекту. Наоборот, в большинстве случаев реакция была парадоксальной наблюдалась олигурия. Изучение специфически-динамического действия белка показало отсутствие эффекта от воздействия его у 2/з больных. Выраженная асимметрия кожной температуры отмечена у 8 из 10 исследованных.
Таким образом, пробы, направленные на изучение функционального состояния диэнцефалона при различных формах атеросклероза, у большинства больных показали наличие отклонений от нормы. Чаще и отчетливее всего это выступило при проведении водной пробы и пробы с коротковолновым облучением. Особенно проявилось это у больных атеросклерозом «коронарной» и «церебральной» групп. Там же, где атеросклероз не имел клинического лица, а на первое место выступали заболевания органов пищеварения, результаты исследования были более пестрыми. При диэнцефалозах функциональные нарушения выступили резче и количественно выраженнее, чем в предыдущих группах. Однако наиболее общей реакцией было отсутствие диуретического эффекта при облучении височных областей. У здоровых все пробы показали нормальное состояние гипоталамической области.
Несомненно, с точки зрения роли гипоталамо-гипофизарной системы в регуляции функции обмена веществ в организме примененные нами пробы не являются особо чувствительными. Однако отмеченные факты измененных ответов на неспецифические раздражители подтверждают ранее высказанную на основе изучения содержания в крови тиреотропина концепцию о значении изменения деятельности гипоталамической области в сложной природе патогенеза атеросклероза. В этом смысле нарушения центральной нервно-гуморальной регуляции выступают как условие трофических изменений сосудистой стенки и ее реактивности.
Мы считаем, что при дальнейших поисках новых эффективных методов борьбы е атеросклерозом необходимо учитывать заинтересованность межуточно-гипофизарной системы.
About the authors
M. I. Kogurova
The first department of therapy and the department of nervous diseases of the Kazan State Pedagogical University named after V.I. Lenin
Author for correspondence.
Email: info@eco-vector.com
Russian Federation, Kazan
E. S. Vorobyova
The first department of therapy and the department of nervous diseases of the Kazan State Pedagogical University named after V.I. Lenin
Email: info@eco-vector.com
Russian Federation, Kazan
References
Supplementary files
![](/img/style/loading.gif)