On the issue of the volume of changes in the nervous system in gonococcal infection

Cover Page

Abstract


A fracture was still relatively recently considered as an exclusively local disease, passing in a sick person without any complications from other parts of the body. But long-term and ablution showed the erroneousness of such an opinion and forced to recognize in urethritis suffering not only serious, but even dangerous (Trapeznikov), which can cause the development of endocarditis, peritonitis, pleurisy, stomatitis and, finally, various lesions of the nervous system.


Full Text

Перелой еще сравнительно недавно разсматривался, какъ болѣзнь исключительно мѣстная, проходящая у заболѣвшаго безъ какихъ либо осложненій со стороны другихъ частей организма. Но дальнѣйщія і аблюденія показали ошибочность такого мнѣнія и заставили признать въ уретритѣ страданіе не только серьезное, но даже опасное (Трапезниковъ)1, которое можетъ обусловить собою развитіе эндокардита, перитонита, плеврита, стоматита и и наконецъ разнообразныхъ пораженій нервной системы.
1879-мъ годомъ, къ которому относится открытіе, принадлежащее бреславскому профессору Neisser’y, специфическаго микроорганизма для триппера, исторію вопроса очень удобно раздѣлить на два періода.
Въ литературѣ 1-го періода трипперныя осложненія отмѣчались очень рѣдко, возможность ихъ существованія оспаривалась, а доказать дѣйствительность не удавалось даже при аутопсіи, такъ какъ анатомическія измѣненія, какъ извѣстно, по своему характеру, могутъ быть вполнѣ сходными, хотя бы зависѣли отъ различныхъ причинъ. Въ литературѣ 2-го періода имѣются уже бактеріологическія доказательства, касающіяся нѣкоторыхъ гонорройныхъ заболѣваній, которыя были нами упомянуты. Особенно посчасливилось въ этомъ отношеніи вопросу о гонорройномъ ревматизмѣ, такъ какъ появившіяся, уже вскорѣ за открытіемъ Neisser’a, въ 80-хъ годахъ—изслѣдованія Petrone, Афанасьева, Смирнова и др. доказали возможность проникновенія гонококковъ въ суставъ. Затѣмъ были сдѣланы сообщенія о нахожденіи гонококковъ въ сердцѣ (Leyden. 1893 г.),1) цереброспинальной жидкости (Furbringer.—1896 г.) 2) и т. д.
Нервныя пораженія при перелоѣ, которымъ въ до-бактеріологическій періодъ нѣкоторые авторы (Home, Stanley) приписывали рефлекторное происхожденіе, или въ глазахъ другихъ изслѣдователей казавшіяся случайными осложненіями, въ новѣйшей литературѣ все чаще и чаще разсматриваются какъ результатъ прямого вліянія бленорройной инфекціи на нервную систему. Главнѣйшія факты по этому вопросу опубликовали: Наует и Parmentier3), Chavieret Fevrier (1888)4), Spillmann и Haushalter (1891), Ярошевскій5), Сперанскій 6).
Къ 90-мъ годамъ прошлаго столѣтія подобныхъ наблюденій накопилось уже столько, что вызвало у нѣкоторыхъ изслѣдователей желаніе распредѣлить ихъ на группы, соотвѣтственно локализаціи болѣзненнаго процесса. Первая попытка къ созданію классификаціи принадлежитъ д-ру Дурдуффи7), сдѣлавшему въ 1893 г. докладъ въ Обществѣ невропатологовъ и психіатровъ при московскомъ университетѣ; д-ръ Дурдуффи дѣлилъ гонорройныя пораженія нервной системы на два вида: невриты (иногда въ формѣ neuritis multiplex) и міэлиты (преимущественно—менингоміэлиты) Сходную съ этой классификаціей далъ въ слѣдующемъ году д-ръ Тамбуреръ8), прочитавшій свой докладъ въ томъ же обществѣ.
Д-ръ Тамбуреръ прибавилъ къ двумъ группамъ, вошедшимъ въ классификацію его предшественника, еще третью, заключающую въ себѣ тѣ заболѣванія, которыя отличаются крайнимъ разнообразіемъ клиническихъ данныхъ, вслѣдствіе чего въ каждомъ отдѣльномъ рода—установить какую либо опредѣленную форму страданія нервной системы не удается.
Клиническая литература послѣднихъ годовъ еще обогатилась нѣсколькими случаями пораженія нервной системы, йоторыя приписывались вліянію гонорройной инфекціи (Pitres L.1), Bruns2), Welander3), Kalindero4), Raymond5).
Pitres и Bruns привели случаи перелоя, гдѣ развилось заболѣваніе головного мозга. Welander описалъ множественный невритъ, а Kalindero наблюдалъ случай сложнаго заболѣванія—сочетанія neuritis съ polyomyelitis anterior. Случаи Welander и Kalindero окончились летально, нервная система была подвергнута гистологическому изслѣдованію, причемъ гонококковъ въ нервной системѣ обнаружить не удалось. Если къ этому прибавить, что и многіе другіе авторы, искавшіе въ нервной системѣ гонококковъ, ихъ не находили, за исключеніемъ одного Furbringer’a (1896), который доказалъ ихъ въ цереброспинальной жидкости въ случаѣ менингита, то вполнѣ естественно будетъ появленіе гипотезы, высказываемой большинствомъ авторовъ, что на нервную систему гонококки дѣйствуютъ своими токсинами.
Когда успѣхи бактеріологіи достигли того, что получили чистую культуру гонококка, а затѣмъ и его токсинъ, то вопросъ объ измѣненіяхъ нервной системы подъ вліяніемъ гонококковой инфекціи, получилъ возможность вступить въ новую фазу своего развитія, именно провѣрки экспериментальнымъ путемъ. Изъ изслѣдователей пользовавшихся для этой цѣли экспериментомт до сихъ поръ былъ только одинъ д-ръ М. И. Молчановъ6). Для своихъ опытовъ онъ бралъ бѣлыхъ мышей, морскихъ свинокъ и кроликовъ и впрыскивалъ имъ (подъ кожу, въ брюшную полость или въ вены) культуры гонококковъ, или гонококковый токсинъ.
Измѣненія нервной системы опъ наблюдалъ во всѣхъ опытахъ, но особенно рѣзкія измѣненія обнаружилъ у морскихъ свинокъ.
Первыя стадіи измѣненія въ клѣткахъ переднихъ роговъ спивного мозга, въ видѣ неправильно расположенныхъ МІЕЕІе’вскихъ зеренъ, большаго или меньшаго растворенія ихъ, эксцентрично расположеннаго ядра въ нѣкоторыхъ клѣткахъ, онъ констатировалъ уже черезъ 12-ть часовъ. Чѣмъ больше была продолжительность опыта, тѣмъ измѣненія становились все сильнѣе и сильнѣе; въ значительномъ количествѣ клѣтокъ передняго рога образовались вакуолы, а затѣмъ дѣло доходило до полной атрофіи многихъ клѣтокъ, на мѣстѣ которыхъ сильно развивались ядра нейрогліи. Теченіе такого рода процесса зависѣло отъ количества яда, и если животному вводилось сразу большое количество его, то весь процессъ, отъ хроматолиза до атрофіи нервныхъ клѣтокъ включительно, протекалъ очень быстро: втеченіе 1—2 сутокъ. Клѣтки спинальныхъ ганглій, мозговой коры и ядеръ черепныхъ нервовъ претерпѣвали аналогичныя измѣненія, но послѣднія развивались въ нихъ позднѣе. Измѣненія въ периферической нервной системѣ наступали лишь при условіи хронической интоксикаціи и представляли собою картину дегенеративнаго нейрита. Къ концу 2-го мѣсяца дегенеративный процессъ распространялся на задніе корешки и задніе столбы спинного мозга. Таковы результаты единственной по данному вопросу экспериментальной работы.
Въ виду того интереса, какой несомнѣнно имѣетъ попытка освѣтить настоящій вопросъ при помощи эксперимента на животныхъ, я съ удовольствіемъ принялъ участіе въ изслѣдованіи матеріала, любезно предоставленнаго мнѣ д-ромъ И. М. Гиммелемъ1). Я изслѣдовалъ спинной мозгъ 10-ти свинокъ, зараженныхъ гонококковой культурой и 10-ти свинокъ, подвергнутыхъ отравленію гонококковымъ токсиномъ. Опыты отличались между собой продолжительностью. Изъ 10-ти опытовъ 1-ой категоріи (съ гонококковой культурой) въ 3 хъ случаяхъ Животныя пали: одно послѣ 8-ми впрыскиваній, 2 другіе послѣ 17-ти впрыскиваній, въ 8-ми остальныхъ случаяхъ животныя убивались черезъ слѣдующіе сроки: послѣ 11-ти, 12,13,14, 15,16, впрыскиваній. Въ опытахъ 2-ой категоріи (съ гонококковымъ токсиномъ) 6-ть животныхъ пало: одно послѣ 3-хъ впрыскиваній, другое послѣ 5-ти впрыскиваній, и 4-ре послѣ 8-ми впрыскиваній: 4-ре остальныя свинки были убиты черезъ одинаковые сроки, именно послѣ 8-ми впрыскиваній. Впрыскиванія производились черезъ день и количество впрыскиваемой культуры гонококка или его токсина во всѣхъ случаяхъ было одинаково.
Для обработки препаратовъ я пользовался преимущественно методомъ Nissl’s, почему и останавливаюсь только на измѣненіяхъ элементовъ, которыя этотъ методъ обнаруживаетъ, именно на нервныхъ клѣткахъ, клѣткахъ окружающей ткани и состояніи кровеносныхъ сосудовъ спинного мозга.
Микроскопическое изслѣдованіе дало неодинаковые результаты, именно въ однихъ случаяхъ измѣненія спинного мозга представлялись очень значительными, въ другихъ онѣ выражены были гораздо слабѣе. Какая причина такого результата сказать трудно, но по аналогіи съ другими патологическими случаями здѣсь можно предположить, что интенсивность пораженія зависѣла или отъ индивидуальныхъ особенностей животныхъ или отъ неодинаковой токсичности культуръ, которыми мы пользовались. Послѣднее условіе должно принять во вниманіе особенно послѣ изслѣдованій Chrismas1),доказавшаго, что ростъ гонококка на питательной средѣ, а также продукція имъ токсина варіируютъ въ отдѣльныхъ случаяхъ въ значительной степени и причины этого обстоятельства остаются часто не уловимыми.
Какъ примѣръ наиболѣе рѣзкаго пораженія спинного мозга могу привести тотъ опытъ, гдѣ свинка пала послѣ 3-го впрыскиванія гонококковаго токсина.
Клѣтки спинного мозга въ этомъ случаѣ представляли совершенно необычную картину: хроматофили были сильно размельчены, мѣстами отъ нихъ не оставалось и слѣда, фонъ клѣтки пріобрѣталъ синеватый цвѣтъ при окраскѣ тіониномъ; ядра были смѣщены; на краяхъ клѣтокъ появлялись зазубрины, наконецъ протоплазма клѣтокъ совсѣмъ распадалась и остатки ея были разбросаны въ видѣ гомогенныхъ, блестящихъ глыбокъ. Кровеносные сосуды расширены. Въ большомъ количествѣ попадались такъ называемые нейронофаги въ видѣ элементовъ съ хорошо окрашеннымъ ядромъ, пояскомъ блѣдной протоплазмы, которые часто внѣдрялись въ протоплазму нервныхъ клѣтокъ и количество ихъ здѣсь достигало иногда 7—10-ти 2) (см. рис.).

Рисунок


Совершенно аналогичныя измѣненія я наблюдалъ еще у нѣсколькихъ животныхъ, также проявившихъ сильную воспріимчивость къ гонококковой инфекціи и погибшихъ сравнительно черезъ короткій промежутокъ времени отъ начала опыта.
Другіе случаи, какъ я сказалъ, представляли болѣе легкія измѣненія, выражающіяся въ слѣдующемъ: храматофили нервныхъ клѣтокъ мѣстами были размельчены, мѣстами казались б. блѣдныли, ядра клѣтокъ сохранялись, нарушеніе цѣлости клѣточнаго тѣла не достигало высокихъ степеней и ограничивалось образованіемъ вакуолъ. Нейронофаги оставались ивдиферентными къ1 крупнымъ клѣткамъ и группировались только вокругъ мелкихъ клѣтокъ.
Изъ сказаннаго мы видимъ, что нервная система у нашихъ животныхъ не оставалась безразличной къ введенію гонококкамъ яда и обнаруживала въ спинномъ мозгу—во 1-ыхъ измѣненія нервныхъ клѣтокъ, во 2-хъ фагоцитарную реакцію. Тѣмъ не менѣе, въ заключеніи, нахожу необходимымъ замѣтить, что вопросъ о гонорройныхъ заболѣваніяхъ нервной системы пока еще не вышелъ изъ предѣловъ предварительной разработки и для того, чтобы выяснить его возможно полно и разносторонне придется сдѣлать еще не мало новыхъ наблюденій, а также произвести провѣрку старымъ, которымъ по мнѣнію Raymond’a и Cestan’a1), высказанномъ ими въ 1901 г., давалось иногда совсѣмъ невѣрное объясненіе.
Считаю своимъ долгомъ выразить искренцюю благодарность глубокоуважаемому проф. Н. М. Любимову, въ лабораторіи котораго настоящая работа была произведена.

1. О. К. Трапезниковъ. Спинномозговая пораженія при перелоѣ. Газета Медицина 1892 г.
1. Цит. по диссерт. Совинскаго: 0 гонококкѣ и гонотоксипѣ и роли ихъ въ па¬тогенезѣ гонорройныхъ заболѣваній. Спб. 1901 г.
2. Цит. по Совинскому. Ibid.
3. Hayem et Parmentier. Revue de Medecine 1888 г,
4. Chaviez et Fevrier. Manifestations Spinales de la blenorrhagie. Revue de Medecine 1888 г.
5. О. Ярошевскій. Случай бленорройнаго ревматизма съ послѣдующими спинномозговыми симптомами. Мед. Обозрѣніе 1890 г.
5. Н. Сперанскій. Случай пораженія нервной системы при хроническомъ уретритѣ. Медиц. Обозрѣніе 1893 г.
7. Г. Н. Дурдуффи. О перелойной инфекціи въ качествѣ этіологическаго момента при заболѣваніяхъ нервной системы. Отч. о засѣд. Общ. певронат. и психіатровъ при И. Моск. Унив. 1893 г.
8. П. А. Тамбуреръ. Бленорройныя заболѣванія нервной систимы. Отч.- о засѣд. Общ. невропат, и психіатровъ при И. Моск. Унив. 1894 г.
1. Pitres. Accidents cerebraux dans 1c conrs de la blennorrhagie. llevne neuro- logique. 1894.
2. L. Bruns. Ueber gonorrheische Uemiplegie nnd Aphasic. Neurolog. Centralbl. 1895.
3. Welander. Цпт. по Совинскому ibid
4. Kalindero Цпт. по Совинскому ibid.
5. Raymond et Cestan. Deux cas de Polynevrite chez deux blonorrliag. Revue neurologique. 1901 r.; Raymond, Demons sur les maladies du Systeine nerveux. Serie VI 1903.
6. М. И. Молчановъ. Къ ученію о гоиорройныхъ заболѣваніяхъ нервной системы. Русскій арх. нат., кліінич мед. н бактер. 1899 г.
1. Работа д-ра И. М. Гимяеля скоро будетъ опубликована.
1. I. Christmas. Contributions а I’etude du gonocoQue et de sa toxine. Annales de I'institut Pasteur. 1900.
2. На значеніе нейронофагіи въ патологіи указываетъ цѣлый рядъ изслѣ­ дователей. Литература приведена въ моей статьѣ: «Къ вопросу о нейронофагіи»,— Журналъ невропатологіи и психіатріи имени С. С. Корсакова. 1903 г. Кн. 4.
1. Raymond et Cestan. Deux cas de polynevrite chez deux blenorrhog. Revue neurol. 1901.

About the authors

N. E. Osonin

Author for correspondence.
Email: info@eco-vector.com

Russian Federation

References

Supplementary files

There are no supplementary files to display.

Statistics

Views

Abstract - 39

PDF (Russian) - 2

Cited-By


Article Metrics

Metrics Loading ...

© 2020 Osonin N.E.

Creative Commons License

This work is licensed
under a Creative Commons Attribution-NonCommercial-ShareAlike 4.0 International License.





This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies