BACKGROUND: When treating a new coronavirus infection, the prevention of venous thromboembolic complications in obese patients is of particular importance.
AIM: To analyze various options for anticoagulant therapy in obese and non-obese patients in the treatment of a new coronavirus infection.
MATERIAL AND METHODS: The patients were divided into two groups: the first group — obese patients — 151 (40.8%) people [average age 63 (56–69) years], the second group without obesity — 219 (59.2%) people [average age 63 (51.5–71.0) years], p=0.998. According to the prescribed anticoagulant and the presence of obesity, patients were divided into subgroups: subgroup 1 — non-obese + low-molecular-weight heparin (n=114), subgroup 2 — non-obese + unfractionated heparin (n=58), subgroup 3 — obesity + low-molecular-weight heparin (n=76), subgroup 4 — obesity + unfractionated heparin (n=66). Venous thrombotic complications and bleeding rates were assessed. Analysis of qualitative indicators was performed using Pearson χ2 and Fisher tests. The distribution of quantitative indicators was assessed using the Kolmogorov–Smirnov and Shapiro–Wilk tests (p >0.05). Due to the non-normal distribution of indicators, mean values were presented as median (Me) and interquartile range (Q1–Q3), and analysis was carried out using Wilcoxon, Mann–Whitney and Kruskal–Wallis tests.
RESULTS: In nonobese patients, a comparable incidence of deep vein thrombosis was noted on low molecular weight heparin and unfractionated heparin — 1 (0.9%) case versus 3 (5.2%) cases (p=0.102). At the same time, there was a statistically significant difference in the frequency of pulmonary embolism without a source according to autopsy data — 2 (1.8%) versus 4 (6.9%) cases (p=0.004). In obese patients receiving unfractionated heparin, the incidence of this complication was higher and amounted to 9 (13.6%), and in patients receiving low molecular weight heparin — 2 (2.6%) cases (p=0.004). A higher incidence of bleeding was observed in patients with obesity compared to patients without it (10.6 vs 4.7% of cases, p=0.045). When analyzing hemorrhagic complications, it was found that the incidence of major and significant bleeding was higher in patients receiving unfractionated heparin rather than low molecular weight heparin (16.7 vs 5.3% of cases, p <0.001).
CONCLUSION: The use of low molecular weight heparin in obese patients with new coronavirus infection was associated with a low incidence of pulmonary embolism and bleeding compared with patients receiving unfractionated heparin.
Актуальность. При лечении новой коронавирусной инфекции особую важность приобретает профилактика венозных тромбоэмболических осложнений у больных с ожирением.
Цель. Провести анализ различных вариантов антикоагулянтной терапии у пациентов с ожирением и без ожирения при лечении новой коронавирусной инфекции.
Материал и методы исследования. Больные разделены на две группы: первая группа — пациенты с ожирением — 151 (40,8%) человек [средний возраст 63 (56–69) года], вторая группа без ожирения — 219 (59,2%) человек [средний возраст 63 (51,5–71,0) года], р=0,998. По назначенному антикоагулянту и наличию ожирения пациенты разделены на подгруппы: подгруппа 1 — без ожирения + низкомолекулярный гепарин (n=114), подгруппа 2 — без ожирения + нефракционированный гепарин (n=58), подгруппа 3 — ожирение + низкомолекулярный гепарин (n=76), подгруппа 4 — ожирение + нефракционированный гепарин (n=66). Проводили оценку венозных тромботических осложнений и частоты кровотечений. Анализ качественных показателей выполняли с использованием критериев χ2 Пирсона и Фишера. Оценка распределения количественных показателей проведена с применением критериев Колмогорова–Смирнова и Шапиро–Уилка (р >0,05). В связи с распределением показателей, отличном от нормального, средние значения были представлены медианой (Ме) и межквартильным интервалом (Q1–Q3), а анализ проведён с использованием критериев Уилкоксона, Манна–Уитни и Краскела–Уоллиса.
Результаты. У пациентов без ожирения отмечена сопоставимая частота тромбоза глубоких вен на низкомолекулярном гепарине и нефракционированном гепарине — 1 (0,9%) случай против 3 (5,2%) случаев (р=0,102). В то же время есть статистически достоверная разница по частоте тромбоэмболии лёгочной артерии без источника по данным аутопсии — 2 (1,8%) против 4 (6,9%) случаев (р=0,004). У пациентов с ожирением, получавших нефракционированный гепарин, частота данного осложнения была больше и составила 9 (13,6%), а у пациентов получавших низкомолекулярный гепарин — 2 (2,6%) случая (р=0,004). Более высокая частота кровотечений отмечена у пациентов с ожирением по сравнению с больными без него (10,6 против 4,7% случаев, р=0,045). При анализе геморрагических осложнений обнаружено, что частота больших и значимых кровотечений больше у пациентов, получавших нефракционированный гепарин, а не низкомолекулярный гепарин (16,7 против 5,3% случаев, р <0,001).
Вывод. Использование низкомолекулярного гепарина у пациентов с ожирением при новой коронавирусной инфекции сопровождалось низкой частотой тромбоэмболии лёгочной артерии и кровотечений в сравнении с пациентами, получавшими нефракционированный гепарин.